Ленинградский конструктивизм: нетипичная архитектура для нового человека

Санкт-Петербург принято считать городом величественной архитектуры: в центре мегаполиса и на его окраинах находится множество прекрасных дворцов и пышных особняков. Да и великолепные парадные ничем не примечательных снаружи домов давно превратились в места паломничества туристов со всего света.

Но есть в нашем городе и другие архитектурные достопримечательности, возникшие в первой половине XX века. Для страны и нового советского человека это была эпоха стремительных переворотов и иного осмысления быта. Для архитектуры же период 1920—1930-х годов характеризуется превосходством функциональности и экономичности над излишествами интерьеров и вычурностью фасадов.

Сегодня памятники архитектуры времен ленинградского авангарда посещают лишь немногочисленные группы туристов, а упоминания об этих зданиях едва ли можно найти в путеводителях по городу. Но я уверен, что и эти непривычные для Петербурга строения достойны нашего внимания. Давайте посмотрим на некоторые из них и начнем, пожалуй, с самого известного здания, находящегося на модной ныне улице Рубинштейна в сердце Северной столицы.

Дом-коммуна инженеров и писателей («Слеза социализма»), 1929—1931 гг.

улица Рубинштейна, 7Б
М
Маяковская
  • Дом-коммуна инженеров и писателей («Слеза социализма»), 1929—1931 гг.
  • Дом-коммуна инженеров и писателей («Слеза социализма»), 1929—1931 гг.
  • Дом-коммуна инженеров и писателей («Слеза социализма»), 1929—1931 гг.

В наши дни история малоприметного здания на Рубинштейна практически забыта, но в начале 30-х годов XX века оно претендовало на роль самой прогрессивной постройки города. Популяризации этого необычного дома в большой степени способствовали его известные жильцы: поэты писатели, издательские работники.

Здание было возведено в 1929—1931 годах по проекту Андрея Андреевича Оля. Средства на постройку выделял город, но свой взнос делали и будущие жильцы. Отличительной особенностью проекта было отсутствие в небольших квартирах кухонь. Эта идея вполне соответствовала духу времени: советская семья должна быть освобождена от забот по приготовлению пищи.

Общая кухня располагалась на первом этаже здания. Жильцы ежемесячно вносили плату в размере 60—75 рублей, получая за это трехразовое питание. На этом же этаже находилась и общественная раздевалка со швейцаром. Вообще в сравнительно небольшом доме было размещено множество бытовых служб: парикмахерская, читальня, детский сад. А на плоской крыше был организован солярий для жильцов и их гостей.

Пыл молодых инженеров и писателей, пытавшихся построить новый мир, достаточно быстро угас. Одна из известных жительниц дома, поэтесса Ольга Берггольц, пишет об этом так:

«И вот, через некоторое время, не более чем года через два, когда отменили карточки, когда мы повзрослели, мы обнаружили, что изрядно поторопились и обобществили свой быт настолько, что не оставили себе никаких плацдармов даже для тактического отступления… кроме подоконников; на них-то первые „отступники“ и начали стряпать то, что им нравилось, — общая столовая была уже не в силах удовлетворить разнообразные вкусы обитателей дома. С пеленками же, которых в доме становилось почему-то все больше, был просто ужас: сушить их было негде! Мы имели дивный солярий, но чердак был для сушки пеленок совершенно непригоден».

Стоит сказать, что название «Слеза социализма», очевидно, появилось из-за подтеков на стенах, которые виднелись как снаружи, так и изнутри. Непривычная «кличка» настолько закрепилась в ленинградском фольклоре, что использовалась даже среди высокопоставленных лиц.

Во время перестройки 1962—1963 годов во всех квартирах «Слезы» появились удобства, и здание, утратив свою изюминку, перестало отличаться от какого бы ни было другого советского дома.

Дворец культуры имени С. М. Кирова, 1931—1937 гг.

Большой проспект Васильевского острова, 83
М
Василеостровская
  • Дворец культуры имени С. М. Кирова, 1931—1937 гг.
  • Дворец культуры имени С. М. Кирова, 1931—1937 гг.
  • Дворец культуры имени С. М. Кирова, 1931—1937 гг.

Конкурс на проектирование крупнейшего в стране дворца культуры, Василеостровского, проходил в Советском Союзе в 1930 году. Первую премию получил проект архитекторов С. Н. Казака (Козака) и Н. А. Троцкого. Последний известен своими другими конструктивистскими постройками — зданиями Кировского райсовета и Народного комиссариата внутренних дел (ныне Управление ФСБ на Литейном, 4).

В ходе работ в проект были внесены изменения, он был осуществлен не полностью, но и в таком виде здание являлось одной из ведущих культурно-просветительских точек на карте Ленинграда. Его одновременная вместимость — до 10 000 человек, зрительный зал рассчитан на 1400 посадочных мест.

Строительство здания растянулось на несколько лет, до 1937 года. В наши дни здесь проводятся различные развлекательные и спортивные мероприятия.

Дворец культуры работников связи, 1932—1939 гг. (перестройка)

Большая Морская ул., 58
М
Адмиралтейская
  • Дворец культуры работников связи, 1932—1939 гг. (перестройка)
  • Дворец культуры работников связи, 1932—1939 гг. (перестройка)
  • Дворец культуры работников связи, 1932—1939 гг. (перестройка)

Не будем уходить далеко от темы культуры, на этот раз поговорим о возведенном на берегу Мойки дворце культуры для работников связи. Изначально здесь располагалось здание Немецкой реформатской церкви, построенное во второй половине XIX века.

Новое время принесло и новые веяния в архитектуре. И в 1932—1939 годах архитекторы П. М. Гринберг и Г. С. Райц перестроили здание, исходя из потребностей города. Сегодня в помещениях этого памятника конструктивизма располагаются различные подразделения Управления федеральной почтовой связи. Состояние здания весьма плачевное, несмотря на то что оно включено в перечень объектов культурного наследия.

Дом-коммуна Общества политкаторжан, 1929—1933 гг.

Троицкая площадь Петроградской стороны, 1
М
Горьковская
  • Дом-коммуна Общества политкаторжан, 1929—1933 гг.
  • Дом-коммуна Общества политкаторжан, 1929—1933 гг.

Дом-коммуна на современной Троицкой площади, наравне со «Слезой социализма», является еще одним примером утопических идей нового советского человека. Так же как и в здании на Рубинштейна, в квартирах этого дома не было кухонь, их заменили шкафы для разогрева пищи.

На нижних ярусах 6—7-этажных корпусов располагались разнообразные общественно-бытовые организации: столовая, прачечная, детский сад, зрительный зал. Был здесь даже музей каторги и ссылки. Дом-коммуна был призван показать заботу советской власти о бывших политических узниках царизма. Но, несмотря на, казалось бы, особое отношение к ветеранам революционного движения, многие жильцы этого дома были репрессированы в сталинское время. Напоминанием об этом мрачном периоде служит «Соловецкий камень» — памятник, расположенный на Троицкой площади, напротив западного фасада здания.

Сегодня и этот образец авангардной архитектуры является вполне обычным жилым домом. Общественные пространства со временем атрофировались, а во многих квартирах появились столь необходимые для хозяек кухни.

Силовая станция фабрики «Красное знамя», 1926—1930-е гг.

Пионерская улица, 53ф
М
Чкаловская
  • Силовая станция фабрики «Красное знамя», 1926—1930-е гг.
  • Силовая станция фабрики «Красное знамя», 1926—1930-е гг.
  • Силовая станция фабрики «Красное знамя», 1926—1930-е гг.

Проект возведения фабрики «Красное знамя» в 1925 году был поручен знаменитому немецкому архитектору Эриху Мендельсону. Мастер с увлечением занялся этой работой, и уже через год один из вариантов постройки комплекса был утвержден. В этом же 1926 году начали возводить фабричные помещения.

В среде ленинградских архитекторов проект немецкого зодчего был принят неоднозначно. К тому же его положение усугублял тот факт, что Мендельсон, будучи зарубежным мастером, получил заказ, минуя конкурс. Все это привело к тому, что в процессе возведения производственных корпусов проект был сильно изменен. Исходному плану соответствует только силовая станция, архитектурная доминанта всего комплекса. Мендельсон же был вынужден отказаться от авторства.

В наши дни здание постигла участь многих индустриальных объектов — долгое время оно просто-напросто разрушалось. Но в 2017—2018 гг. здесь была проведена реставрация, и в настоящее время помещение силовой станции можно посетить в составе экскурсионной группы.

Расцвет авангардной архитектуры в Ленинграде длился сравнительно недолго — около десяти лет. Пришедшие ему на смену классические течения, позже породившие «сталинский ампир», практически полностью вытеснили строгую и функциональную архитектуру. Но и сегодня иной раз, прогуливаясь по Васильевскому острову или спеша по делам в Кировском районе, мы можем встретить множество памятников эпохи конструктивизма.

Безусловно, ленинградский авангард — это не только те пять зданий, которые я упомянул в этом материале. Количество таких построек измеряется десятками. И я обязательно продолжу свой рассказ в следующих статьях. Пока же могу рекомендовать вам посмотреть несколько других моих подборок, например о необычных памятниках или легендах Санкт-Петербурга.